Одной из наиболее сложных проблем привлечения инвестиций является организация страхования иностранных инвесторов от некоммерческих рисков. Частный капитал при оценке различных инвестиционных возможностей ориентируется на два критерия — доходность и риск. Международный финансовый рынок в настоящее время предлагает инвестору практически неограниченное количество финансовых инструментов. За некоторыми исключениями практически любой из этих инструментов доступен любому инвестору.

Соответственно, каждое инвестиционное решение принимается путем выбора из нескольких альтернатив, предлагающих сравнимые риски и сравнимые уровни доходности, и в итоге инвестор вкладывает капитал в тот инструмент или проект, который при одинаковом уровне риска предлагает большую доходность или при одинаковой доходности предлагает меньший уровень риска. С точки зрения иностранного инвестора, возможность прямого инвестирования в российское предприятие — одна из предлагаемых ему альтернатив вложения капитала, которую он сравнивает с тем, что предлагает ему финансовый рынок. Соответственно, решение в пользу России будет принято только в том случае, если российский вариант продемонстрирует лучшее, чем остальные, соотношение риска и доходности.

Несложно подсчитать, какова в существующих условиях должна быть доходность проекта прямого инвестирования в акционерный капитал российского предприятия (т.е. долгосрочного проекта инвестирования в неликвидные активы) для того, чтобы такой проект был привлекателен для инвестора. Сравним несколько инвестиционных возможностей с разными характеристиками риска, ликвидности и, соответственно, доходности Коррупция и преступность.

Влияние криминальных группировок на российский бизнес, прежде всего средний и мелкий, усиливалось на протяжении 90-х гг. До недавних скандалов, связанных с «Бэнк оф Нью-Йорк», «Мабетекс» и пр., западное деловое сообщество недооценивало масштабы этого явления. Теперь же характерна другая крайность — их явная переоценка. Тем не менее криминальный мир действительно имеет огромное влияние на российские предприятия. В условиях слабой государственной защиты предпринимательской деятельности компании, имеющие тесные контакты с преступным миром, способны лучше защитить свой бизнес, минимизировать налоги, устанавливать барьеры для входа конкурентов на свой рынок, оказывать давление на конкурентов, получая таким образом серьезные преимущества. Такие же преимущества дает вовлеченным в нее предприятиям коррупция, что предопределяет ее развитие и распространение. В результате иностранная компания, входящая на российский рынок, оказывается перед выбором — либо принять «правила игры», либо находиться в проигрышном положении по сравнению со своими российскими конкурентами. Изучение этой дилеммы в странах с переходной экономикой показало, что в ряде случаев западные фирмы отказываются от десятилетиями приобретенного опыта ведения бизнеса «чистым образом» и наряду с национальными фирмами несут издержки, связанные с принятием упомянутых выше «правил игры».

Налоговая система

Проблемы налоговой системы России соответствуют проблемам российского законодательства: не так плоха система, как ее исполнение. Конечно, российская налоговая система далека от совершенства: во многом она запутанна, противоречива, нерациональна, неудобна для налогоплательщика. Однако гораздо более существенным бременем для действующих в России предприятий является ее реализация на практике. Огромным неудобством является хаотичная практика внесения изменений и дополнений в налоговое законодательство, затрудняющая, а подчас и вовсе делающая невозможным планирование деятельности предприятия на сколько-нибудь продолжительный срок. Отсутствует практика доведения изменений в налоговом законодательстве до налогоплательщиков. В то же время пеня за неуплату налогов является по своей сути карательной мерой, не делающей различия между сознательной неуплатой налога и добросовестной ошибкой в его исчислении. Постоянные проблемы с наполнением доходной части бюджета приводят к действию налоговых органов по принципу «план по налогам любой ценой». При этом, не имея возможности получить налоги в полном объеме с предприятий, находящихся в критическом состоянии (каковых на протяжении 90-х гг. было большинство в России), налоговые органы предпочитают «искать деньги там, где они есть». Любое предприятие, выделяющееся на общем фоне устойчивостью своей деятельности, растущими денежными оборотами, сразу попадает под пресс налоговых проверок. Естественно, особое внимание уделяется предприятиям с иностранным участием как наиболее заметным и стабильным.

Региональная экономическая политика и взаимоотношения с местными властями имеют огромное значение для формирования условий деятельности предприятия в России. Регионы обладают практически полной самостоятельностью в формировании собственной экономической политики, и в результате инвестиционный климат в российских регионах весьма неоднороден . В последние годы региональное законодательство в области инвестиций, в том числе иностранных, переживает быстрое развитие, причем, несмотря на различия, законодательная база регионов развивается в общем в одном направлении. Основным реальным механизмом стимулирования инвестиций является предоставление в том или ином объеме налоговых льгот в части, подлежащей зачислению в региональный бюджет, на срок окупаемости инвестиционного проекта. Тем не менее в регионах, как и на федеральном уровне, наиболее существенным фактором, формирующим инвестиционный климат и имидж региона в глазах инвестора, являются практика исполнения законодательства, подход исполнительной власти к взаимоотношениям с бизнесом вообще и с иностранными инвесторами в частности.

Палитра деятельности региональных властей в этой области чрезвычайно богата. Нескольким регионам удалось создать более привлекательные условия для иностранных инвестиций, чем в среднем по России. К их числу следует отнести Татарстан, Новгородскую, Нижегородскую и Самарскую области. В то же время другие регионы, например Краснодарский край, являются весьма непривлекательными для иностранных инвесторов именно вследствие проводимой региональными администрациями политики.

Однако во многих регионах местными властями предпринимались различные меры, так или иначе осложняющие деятельность прямых иностранных инвесторов. К наиболее распространенным действиям такого рода следует отнести:
• претензии на участие в собственности в обмен на содействие инвестициям;
• необоснованные требования дополнительных инвестиций в социальную сферу и объекты инфраструктуры;
• ограничения ввоза или вывоза продукции с территории региона;
• ограничение конкуренции, использование протекционистских методов по отношению к предприятиям, близким к администрации;
• необоснованный отказ в регистрации предприятий, а также необоснованные запреты на осуществление отдельных видов деятельности;
• не предусмотренные законодательством поборы, прямая коррупция и вымогательство.

Суммарная оценка всех вышеприведенных факторов делает прямые иностранные инвестиции недоступными для большинства российских предприятий, включая эффективные предприятия с огромным потенциалом роста. Поэтому реальная государственная стратегия привлечения прямых иностранных инвестиций в российскую экономику должна базироваться на минимизации действия факторов, определяющих российский страновой риск.

В ближайшей перспективе параллельно с деятельностью по структурной перестройке экономики необходимо использовать меры, снижающие страновой риск для отдельных инвесторов, способных обеспечить приток прямых инвестиций в отрасли с наибольшим потенциалом развития. Одним из возможных механизмов этого может служить создание программы гарантирования (страхования) прямых иностранных инвестиций в Россию.

Как уже отмечалось выше, инвесторы в принципе готовы нести коммерческие риски прямого инвестирования. Особенность этих рисков в том, что в значительной степени последствия их влияния предсказуемы, их можно просчитать и минимизировать. Действие же политических составляющих странового риска совершенно не контролируется инвестором и не поддается сколько-нибудь значимому прогнозированию. Более того, при материализации риска у инвестора зачастую остается весьма ограниченный набор действенных способов реагирования и минимизации последствий наступивших событий. В то же время государство способно контролировать элементы странового риска по конкретным инвестиционным проектам и минимизировать последствия их влияния. Поэтому государство должно выступать партнером прямого инвестора, взяв на себя определенную часть страновых рисков, гарантируя инвестору реальную поддержку в решении встающих перед ним «российских» проблем, а также возврат капитала при его полной или частичной потере, если эти проблемы оказываются неразрешимыми.
Страхование инвестиционных рисков Риски, подлежащие страхованию
Невозможно полностью защитить инвестора от влияния всех явлений и факторов, входящих в понятие странового риска. Однако предоставление гарантии по нескольким основным из них сможет существенно повысить привлекательность многих проектов прямого инвестирования в Россию. В связи с этим необходимо определить те элементы странового риска, гарантии по которым будут наиболее эффективны.
К таким элементам относятся:
• социальные беспорядки, военные действия. Полная или частичная потеря капитала в результате военных действий, а также социальных конфликтов общенационального или локального масштаба, включая нелегитимную смену власти, локальные вооруженные конфликты, забастовки, захват имущества, препятствование в осуществлении управленческих функций и пр.;
• принятие правовых актов, ухудшающих условия ведения бизнеса. Полная или частичная потеря капитала и прибыли в результате прямого влияния изменений законодательства всех уровней, внесенных после момента получения гарантии;
• не соответствующие законодательству РФ действия или бездействие представителей органов государственной власти, повлекшие полную или частичную потерю капитала или прибыли;
• потеря капитала и прибыли в результате нарушения органами государственной власти взятых на себя контрактных обязательств;
• национализация и конфискация капитала. Действие или последовательность действий, включая принятие законодательных актов и административные меры исполнительной власти, повлекшие национализацию или конфискацию капитала, за исключением предусмотренных законодательством случаев, когда инвестору своевременно и полностью выплачена предусмотренная законом компенсация;
• пересмотр итогов приватизации имущественных объектов, в которые вкладываются средства иностранных инвесторов;
• полная или частичная потеря капитала или прибыли в результате введения ограничений конвертируемости рубля, а также введение ограничений на репатриацию капитала или прибыли.
Большинство гарантий из этого списка подробно рассматривались в главе 4. Поэтому остановимся подробнее на гарантии от потери капитала в результате значительной девальвации рубля. Финансовый кризис 1998 г. и последовавшая за ним девальвация национальной валюты России еще свежи в памяти иностранных инвесторов. Поэтому целесообразно рассмотреть возможность предоставления для отдельных инвестиционных проектов гарантий от потери капитала вследствие масштабной одномоментной девальвации рубля. К сожалению, российский финансовый рынок не способен на сегодняшний день предложить инвестору заслуживающих доверия инструментов хеджирования валютных рисков. Естественно, такие гарантии должны предоставляться только в исключительных случаях, когда, с одной стороны, значимость инвестиционного проекта для экономики региона или всей России очень высока, а, с другой стороны, его доходность для инвестора однозначно зависит от предсказуемости курса рубля. Точная формулировка того, в каком случае девальвация рубля считается страховым случаем, должна детально оговариваться при анализе инвестиционного проекта и предоставлении гарантии. Забегая вперед, нужно подчеркнуть, что предоставление гарантий должно оплачиваться инвестором и стоимость гарантии от потери капитала вследствие девальвации должна быть самой высокой среди всех рисков.
Механизм страхования рисков
Практика предоставления инвестиционных гарантий правительством РФ и региональными администрациями существовала на протяжении всех лет реформ и сыграла существенную положительную роль в привлечении прямых инвестиций. Однако сегодняшнее состояние консолидированного бюджета не позволяет рассчитывать на доверие инвесторов к гарантиям, не подкрепленным конкретными ликвидными активами. Данный фактор, в частности, подрывает эффективность деятельности Российской компании по страхованию инвестиций, созданной Госинкором.
В настоящее время инвесторы могут обращаться в Международное агентство по гарантиям инвестиций (МИГА), которое страхует их от политических рисков (невозможность репатриации прибыли, экспроприация собственности инвесторов без должной компенсации, а также война). Гарантии вступают в силу, если инвестор не в состоянии воспользоваться правовой системой страны-реципиента. МИГА проводит также политику оказания помощи странам с переходной экономикой.

В начале 2000 г. активно обсуждался вопрос о создании Российского агентства по страхованию кредитных и инвестиционных рисков. Однако решение вопроса столкнулось с разногласиями между различными российскими ведомствами по поводу функций и форм деятельности предполагаемого агентства. Согласно одному из предложений, например, агентство по страхованию кредитных и инвестиционных рисков должно будет заниматься страхованием вывоза российского капитала за рубеж. Очевидно, однако, что данная проблема не является первоочередной; ключевую роль в нынешних условиях играет именно выполнение функций по страхованию иностранных инвестиций в России.

Реорганизация структуры Правительства РФ в мае 2000 г. привела к существенному перераспределению функций между министерствами и ведомствами. В этих условиях сложились предпосылки для более эффективного поиска компромиссов между различными подразделениями правительства, что позволяет надеяться на скорейшее решение вопроса об учреждении Российского агентства по страхованию кредитных и инвестиционных рисков.
Кроме того, заслуживает внимания разработанная в Совете по проблемам регионального развития при Министерстве экономического развития и торговли РФ схема гарантирования частных инвестиций в субъектах РФ. Согласно данной схеме защита частных инвестиций от региональных рисков может быть обеспечена через создание национальной системы гарантирования инвестиций, главная роль в котором должна принадлежать региональным властям. В большинстве субъектов предполагается применять три относительно независимых механизма гарантирования инвестиций.
Первый предполагает, что будут использоваться только внутренние источники и агенты гарантирования, расположенные на данной территории. Агентами гарантирования могут выступать как региональные власти, так и негосударственные страховые агентства.

Другой способ защиты от некоммерческих инвестиционных рисков использует только внешние источники. В этом случае агентами гарантирования могут выступать федеральные власти, иностранные государства и международные финансовые институты.
Наконец, третий механизм гарантирования носит смешанный характер и представляет собой нечто среднее между первым и вторым.

Для каждого из способов должны использоваться разные источники предоставления гарантий. Так, в первом случае основным источником может быть региональный бюджет развития, местный гарантийно-залоговый фонд, средства территориальных страховых агентств. Таким образом, создание национальной системы гарантирования инвестиций предполагается начинать с организации гарантийно-залоговых фондов. Эти фонды должны распоряжаться ликвидными активами, принадлежащими субъекту Федерации: пакетами акций предприятий региона, недвижимостью, правами на долгосрочную аренду или покупку земли, драгоценными металлами.
Региональные власти оценивают этот проект положительно. Отрицательным моментом является громоздкость исполнения (необходимо менять федеральное и региональное законодательство). Кроме того, вряд ли можно рассчитывать на доверие иностранных инвесторов на гарантии, предоставленные за счет активов, находящихся на территории Российской Федерации в ведении российских административных органов. Такие активы сами подвержены влиянию странового риска России, и поэтому выданные за счет них гарантии ни в коей мере не служили бы снижению странового риска инвестиций. Таким образом, целесообразно уделить внимание возможным направлениям доработки проекта реализации схемы гарантирования частных инвестиций в субъектах РФ, имеющим целью минимизировать указанные выше недостатки.
Для обеспечения максимального доверия к механизму страхования инвестиций и, соответственно, для привлечения возможно большего объема ПИИ этот механизм сам по себе не должен быть подвержен действию странового риска. В связи с этим целесообразно создание за рубежом, вне юрисдикции России, Российского фонда страхования иностранных инвестиций (далее — Фонд), за счет капитала которого будет осуществляться предоставление гарантий по ПИИ. С российской стороны управление Фондом должно осуществлять создаваемое Российское агентство по страхованию кредитных и инвестиционных рисков. Для повышения доверия иностранных инвесторов и обеспечения надлежащего уровня выполнения функций Фонда к его управлению целесообразно привлечь также иностранного управляющего (роль которого может выполнять один из ведущих транснациональных инвестиционных банков или компаний).

Гарантии должны предоставляться инвесторам на платной основе. Размер страховой премии по каждому из страхуемых рисков должен устанавливаться отдельно и подвергаться пересмотру в зависимости от экономической и политической ситуации в России, а также от спроса на страхование риска со стороны инвесторов. Предположительно величина ежегодной страховой премии должна составлять от 0,5% до 2% от объема застрахованного капитала в зависимости от вида риска, отрасли и региона инвестирования. Политика и правила предоставления гарантий должны быть максимально понятны и прозрачны. Только тогда инвесторы смогут полноценно управлять рисками своих проектов и осознанно принимать решение о том, какая часть инвестируемого капитала и от каких именно рисков должна быть застрахована.

Механизм возмещения инвесторам потерянного капитала сам по себе должен исключать влияние российского странового риска. При наступлении страхового случая сторонам, вовлеченным в конфликт, должно быть предоставлено время для урегулирования отношений. Государство в лице органа, отвечающего за программу страхования прямых инвестиций, на этом этапе должно приложить все усилия для защиты инвестора и минимизации ущерба его интересам, снижая таким образом вероятность требования инвестора о возмещении ему ущерба за счет гарантийного фонда. Если конфликт не урегулирован в установленные заранее сроки, инвестор должен иметь право обратиться в международный арбитраж. Вынесение международным арбитражем решения в пользу инвестора должно автоматически служить основанием для выплаты инвестору суммы понесенного ущерба. Причем следует подчеркнуть, что непосредственное исполнение операции по перечислению страхового возмещения инвестору после получения решения международного арбитража должно находиться в ведении иностранного инвестиционного банка, управляющего активами гарантийного фонда. При выполнении этих условий механизм возмещения потерянного капитала будет вызывать максимальное доверие инвесторов и, следовательно, сможет обеспечить максимальный приток прямых инвестиций в Россию.

Государство может сформировать средства Фонда тремя способами:
• путем использования для этой цели зарубежных активов Российской Федерации;
• путем выделения расходов на формирование Фонда отдельной защищенной строкой в бюджете в течение нескольких последовательных лет;
• путем привлечения заемных средств международных финансовых организаций (МФО).

Если вовлеченные в конфликт стороны не смогли найти взаимоприемлемого решения, инвестор обращается в международный арбитраж с иском о возмещении ему ущерба, нанесенного в результате страхового случая. Если арбитраж выносит решение в пользу инвестора, на основании этого решения иностранный управляющий гарантийным фондом выплачивает инвестору страховое возмещение за счет капитала Фонда. В этом случае застрахованные активы инвестора на территории РФ переходят в собственность государства в лице агентства страхования прямых инвестиций. Агентство будет обязано управлять этими активами таким образом, чтобы за счет них возместить потерю капитала гарантийного фонда.
Агентство должно финансироваться за счет бюджетных средств только на этапе его организации и становления. Впоследствии деятельность агентства должна финансироваться за счет страховых премий, выплачиваемых инвесторами за пользование предоставленными гарантиями. Кроме того, агентство должно получать вознаграждение в виде процента от тех сумм, которые ему удастся взыскать за счет прав требования, и активов, перешедших к нему от инвесторов после выплаты последним страхового возмещения.

Для эффективного исполнения своих обязанностей агентство должно иметь высокий статус в иерархии государственной власти и возможность опираться на поддержку федеральных министерств и региональных администраций. Статус агентства и его руководителей будет важным индикатором его полномочий и для иностранных инвесторов. Поэтому целесообразно, чтобы председателем совета директоров агентства являлся чиновник высокого ранга, а директором агентства был квалифицированный специалист в области страхования.

Деятельность Агентства страхования прямых инвестиций должна координироваться с общей государственной стратегией России в области прямых иностранных инвестиций. Кроме того, необходимо широкое освещение деятельности агентства, полное и своевременное предоставление информации о нем всем потенциальным инвесторам. Соответственно, необходимо будет тесное сотрудничества Агентства страхования прямых инвестиций с предлагаемым Агентством по иностранным инвестициям, задача которого — реализовать ключевые функции разработки политики в области привлечения ПИИ в экономику России.

К настоящему времени Россия ратифицировала Конвенцию об учреждении Международного агентства по гарантиям инвестиций (МИГА), что предусматривает возможность получения иностранными инвесторами гарантий и страхования от политических рисков. По состоянию на апрель 1999 г. МИГА предоставило гарантий на сумму 4,6 млрд. долл., покрывающих ПИИ на сумму порядка 27 млрд. долл. в 63 странах с развивающейся и переходной экономикой. Налаживание контактов между Агентством страхования прямых инвестиций и МИГА позволило бы России эффективно использовать действующий международный механизм страхования политических рисков.
Создание Российского фонда страхования иностранных инвестиций и Российского агентства по страхованию кредитных и инвестиционных рисков позволило бы привлечь значительный объем ПИИ в Россию.

Российская модель корпоративного управления наложила существенный отпечаток на принципы и стиль ведения бизнеса российскими менеджерами. Во многих случаях они в корне противоречат принципам и стилю западного делового мира. В ряду культурных и иных национальных особенностей, служащих препятствием на пути осуществления масштабных прямых иностранных инвестиций, разница в подходах к бизнесу между российскими и иностранными менеджерами особенно велика.

Прежде всего следует отметить исключительную «непрозрачность» деятельности российских предприятий. Причем она имеет как внешний, так и внутренний аспекты. Если непрозрачность для внешнего мира иностранному инвестору еще можно как-то объяснить (налоговый пресс, защита от недобросовестной конкуренции, криминала, и т.д.), то непрозрачность внутреннюю, т.е. закрытость существенной информации для акционера предприятия, объяснить уже невозможно. В то же время это достаточно легко объясняется в рамках рассмотренной выше модели корпоративного управления. Раскрытие реального состояния дел на предприятии, а также истинных масштабов и направлений финансовых и товарных потоков неизбежно приведут к выяснению реальной стоимости компании и размера «инсайдерской» премии. Таким образом, здесь происходит пересечение данной проблемы с проблемой отношения к правам миноритарных акционеров.

Принципиальное неприятие со стороны иностранных инвесторов вызывает распространенная практика неуважения к контрактным обязательствам. Сам факт того, что российские менеджеры столь легко идут на нарушения обязательств по отношению ко всем своим внутренним контрагентам (государство, банки, поставщики, потребители) и даже собственным работникам, приводит иностранных инвесторов к мысли о том, что низкая «контрактная дисциплина» будет столь естественно распространяться и на взаимоотношения с иностранным партнером. К сожалению, в российской практике встречается немало примеров, подтверждающих этот вывод.
Иностранные инвесторы чрезвычайно негативно относятся к значительным масштабам распространения в российской деловой практике нелегитимных и квази-легитимных менеджерских решений. Речь идет о предоставлении во властные инстанции заведомо искаженной отчетности (практика двойных балансов), «черном» обороте наличной денежной массы, реализации иных многочисленных схем с целью ухода от налогов.

Отторжение вызывают и такие черты российской управленческой практики, как низкий уровень исполнительской дисциплины, организации труда менеджеров, проведение «культурных мероприятий» в рабочее время и т.д.
Появление иностранного партнера на российском предприятии равнозначно появлению достаточно серьезных ограничений, накладываемых на действия российских менеджеров. Естественно, в такой ситуации последние будут самым серьезным образом взвешивать все «за» и «против» при рассмотрении вопроса о привлечении иностранного инвестора. Различия в принципах и стиле ведения бизнеса в таких случаях играет на стороне «против», является дополнительным фактором, тормозящим приток прямых иностранных инвестиций.
Без введения серьезных ограничений на действие факторов, снижающих спрос частного российского капитала на ПИИ, проведение целенаправленной и эффективной политики по привлечению прямых иностранных инвестиций не представляется возможным.
Пути и механизмы повышения заинтересованности частного капитала в привлечении прямых иностранных инвестиций.

Учитывая достаточно серьезную негативную мотивацию российского частного капитала в отношении привлечения прямых иностранных инвестиций, требуется осуществление целого ряда мер по повышению его заинтересованности, носящих долгосрочный характер. В то же время создание некоторых механизмов может быть реализовано в достаточно короткие сроки.

Долгосрочные меры. Ряд препятствий на пути повышения спроса на прямые иностранные инвестиции обусловлен во многом факторами системного или структурного характера, которые действовали на протяжении всего периода реформирования экономики, а иногда и в течение всего периода существования плановой экономической системы. Поэтому здесь целесообразно обозначить направления политики, которые в долгосрочном аспекте будут способствовать укреплению позитивной мотивации частного российского капитала в отношении притока ПИИ.
• Сокращение масштабов и адресный характер государственных инвестиций в частный сектор. Государственные инвестиции (дотации, субсидии) представляют для частного российского капитала желанную альтернативу прямым иностранным инвестициям: отсутствует жесткий контроль над их использованием, цена инвестиционных ресурсов вполне может оказаться заниженной. В то же время помимо низкой экономической эффективности таких инвестиций они наносят существенный ущерб частному капиталу через существенный дестимулирующий эффект в отношении заинтересованности в привлечении внешних источников финансирования развития предприятий. При этом отрицательную роль играют не столько сами государственные инвестиции, сколько ожидание частным сектором, что такие инвестиции возможны.

Инвестиции государства в частный сектор (а также в предприятия, где доля государства минимальна) должны быть сведены к минимуму. Единственное (и временное) исключение должно быть сделано для такой статьи инвестиционных затрат (или дотаций), как перевод социальной инфраструктуры с баланса предприятия на муниципальный баланс, а также инвестиции в инфраструктурные объекты, которыми могли бы пользоваться сразу несколько предприятий частного и муниципального секторов. Более того, в целях повышения заинтересованности частного капитала в привлечении прямых иностранных инвестиций следует создавать целевые инвестиционные программы социального и инфраструктурного характера (совместно финансируемые за счет федерального и регионального бюджетов). Такие «социальные» и «инфраструктурные» инвестиции направлялись бы на поддержку инвестиционных проектов, которые представляют потенциальный интерес для иностранных инвесторов, но не могут быть реализованы в силу исторически сохранившейся высокой социальной нагрузки на предприятия-реципиенты.

Важно также довести эту целевую установку до всех предприятий и менеджеров, которые ранее могли рассчитывать на такую поддержку. Безусловно, такие меры невозможно реализовать мгновенно, поскольку такая смена ориентиров и акцентов в инвестиционной политике государства требует времени и существенных усилий. Однако без отказа от «патерналистского» подхода всерьез рассчитывать на повышение заинтересованности и ориентацию частного капитала на долгосрочные внешние источники финансирования, в том числе ПИИ, вряд ли будет возможно.
• Эффективная система банкротства. Несмотря на достаточно длительный срок действия отечественного законодательства о несостоятельности предприятий, в стране пока не сложилась эффективная система банкротства. Об этом свидетельствует сохранение масштабной задолженности предприятий друг перед другом, государством, финансовыми институтами. В этих условиях у менеджеров-собственников не возникают достаточные стимулы к повышению эффективности управления предприятиями, в том числе за счет привлечения иностранных инвестиций и технологий. Более того, у них сохраняются все основания проводить политику максимизации «инсайдерской» премии ввиду отсутствия реальных угроз со стороны институтов банкротства.

Создание действенных механизмов банкротства предполагает прежде всего принятие в законодательном порядке более жестких, четких и однозначно трактуемых критериев несостоятельности предприятий. Важно также и упрощение процедуры и механизма их применения. Автоматически запускаемая и действенная в силу своей простоты процедура банкротства бу дет максимально предотвращать доведение предприятий до уровня несостоятельности и сокращать издержки по выходу из этого состояния на уровень эффективной работы.

Вопреки распространенному мнению повышение действенности механизмов банкротства вовсе не приведет к массовому разорению предприятий, увольнению множества работников. Важна сама угроза неизбежного банкротства как сильная дисциплинирующая мера и как важный сигнал, посылаемый менеджерам прежде всего неэффективно управляемых компаний. Кроме того, в этом случае должен измениться подход к оказанию государственной поддержки: она не должна оказываться предприятиям-банкротам, а скорее целенаправленно и адресно направляться на снятие его социальных последствий.
• Финансовая транспарентность и переход на международные стандарты отчетности. В российском законодательстве предусмотрена обязательная публикация финансовой отчетности публичных компаний (открытых акционерных обществ). В то же время стандарты, по которым публикуется эта отчетность, далеко не всегда отвечают даже сложившимся в стране нормам бухгалтерского и финансового учета. Кроме того, в законодательстве не предусмотрено жестких норм, карающих нарушителей закона.

В этих условиях следует идти по пути прежде всего детализации публикуемой отчетности, приведения ее в соответствие с формами, предоставляемыми в налоговые и иные инстанции (главным образом речь идет непосредственно о балансе предприятия и форме № 2). В более долгосрочной перспективе, безусловно, необходим переход на международные стандарты отчетности (IAS, GAAP). Учитывая затратный характер программы перехода на международные стандарты, можно предложить промежуточный шаг. Все публичные предприятия обязываются раскрывать отчетность по соответствующим международным стандартам по упрощенным формам. Для закрытых акционерных компаний такое требование должно быть трансформировано в обязательное раскрытие информации перед акционерами предприятия. Иными словами, речь идет об упрощенной трансформации отчетности из российского формата в международный (так называемая restatement). Такая трансформация не требует серьезных финансовых затрат со стороны предприятий. Кроме того, уже сформировалась достаточно разветвленная сеть отечественных аудиторских компаний, вполне квалифицированных для проведения такой работы. В то же время это будет стимулировать правительственные органы и предприятия быстрее согласовывать сроки и порядок перехода на полноценные международные стандарты финансовой отчетности.
Наконец, нужно предусмотреть в нормативных актах более серьезные меры по наказанию лиц (высших менеджеров предприятий), виновных в нарушении требований закона, вплоть до применения крупных штрафов и уголовных мер в случае неоднократного нарушения.
Эти меры приведут к ситуации, когда требование обеспечения «прозрачности» через обязательное раскрытие информации будет восприниматься российским частным капиталом не как прихоть иностранных инвесторов, дестимулирующая развитие отношений с последними, а как стандартная норма деловой практики.
• Защита прав миноритарных акционеров. Защита прав миноритарных акционеров относится в первую, очередь к иностранным портфельным инвесторам. Последние, приобретя относительно небольшие пакеты акций предприятия, с одной стороны, не желают полноценно участвовать в его управлении, но, с другой стороны, опасаются последствий игнорирования их интересов менеджерами и крупными акционерами (речь идет прежде всего о разводнении их участия в капитале в случае эмиссии в интересах крупных акционеров).

Прямые иностранные инвесторы, как правило, приобретают пакет акций, превышающий 25% (так называемый блокирующий пакет), и заранее детально оговаривают степень своего участия в управлении предприятием. В то же время для любых иностранных инвесторов права меньшинства акционеров — своего рода «священная корова», поскольку эти нормы шлифовались в зарубежной законодательной и судебной практике столь долго, что стали одним из фундаментальных принципов делового права. Поэтому реализация мер по защите прав миноритарных акционеров, включая защиту от неправомерного разводнения участия в капитале и предоставление необходимой информации, — сигнал об улучшении инвестиционного климата в стране главным образом для потенциальных прямых инвесторов, нежели тех, которые уже пришли в страну.

Нередко высказываются опасения о том, что реализация мер по защите прав миноритарных акционеров приведет злоупотреблению со стороны отдельных портфельных инвесторов (часто приводится пример политики, проводимой компаниями К.Дарта). Лучше, однако, смириться с ущербом, наносимым отдельным компаниям отдельными и весьма немногочисленными иностранными инвесторами, и бороться с этим в судебном порядке, чем нести ущерб в масштабах всей страны, возникающий в результате нежелания прямых и портфельных инвесторов вкладывать деньги в страну с низким уровнем защиты прав собственности.

Как и в случае с обязательным раскрытием информации, для менеджеров частных российских предприятий соблюдение требований по учету интересов меньшинства акционеров безотносительно их национальной принадлежности позволит более адекватно воспринимать аналогичные условия, выдвигаемые потенциальными прямыми иностранными инвесторами.

Организационные меры краткосрочного характера. Эти меры могли бы дать результат уже в краткосрочной перспективе и не требуют существенных затрат со стороны государства.
• Пропаганда позитивных примеров. Далеко не всегда случаи успешных прямых иностранных инвестиций и выгод, которые получают в результате этого российские предприятия, надлежащим образом пропагандируются и используются как средство убеждения представителей частного российского капитала. В стране есть достаточно много успешно функционирующих предприятий с участием ПИИ. Пример, когда многократное повышение стоимости предприятия существенно превысило ущерб от потери «инсайдерской» премии, будет исключительно убедителен. Поэтому на уровне как федерального правительства, так и администраций регионов целесообразно принять специальные информационные программы, призванные профессионально освещать деятельность передовых предприятий с ПИИ.
• Программы обмена. Во многих странах — реципиентах ПИИ реализуются программы менеджерского обмена, позволяющие эффективно устранять культурные и иные барьеры в общении. В российских условиях такие программы практиковались на ранней стадии реформ и не получили своего распространения в силу недостаточно квалифицированной подготовки и реализации. В настоящее время только отдельные менеджеры узкого ряда компаний участвуют в инвестиционных презентационных мероприятиях за рубежом, позволяя установить некоторый уровень общения с иностранными менеджерами и представителями инвесторов.

Учитывая существенный позитивный эффект от устранения культурных барьеров, представляется полезным возобновить практику менеджерского обмена. Однако проводить данные программы следует на значительно более высоком профессиональном уровне (в частности, более целенаправленно проводя отбор участников, прежде всего с российской стороны, делая упор на молодых перспективных менеджеров, которые будут определять политику предприятий в ближайшей перспективе). Следует активно привлекать к этому процессу национальные торговые палаты, а также международные финансовые институты и специальные организации, призванные способствовать реализации таких мероприятий

Частный российский капитал активно участвует в обеспечении притока прямых иностранных инвестиций через развитие потенциала и инфраструктуры рынка капитала. В России за последние годы достаточно активно развивалась спонсируемая частными российскими инвесторами инфраструктура, сопровождающая и способствующая притоку прямого иностранного капитала.

Во-первых, активно формировалась группа частных российских инвестиционных компаний, которые оказывали целый спектр услуг в области корпоративных финансов как прямым иностранным инвесторам, так и российским предприятиям — реципиентам инвестиций. По существу, Россия находится в значительно более привилегированном положении по сравнению с целым рядом стран с развивающимися рынками, где монопольное положение в данной области занимают либо иностранные инвестиционные банки, либо государственные агентства по поддержке иностранных инвестиций. В стране в принципе сформировались ядра частных национальных инвестиционных банковских институтов. Кризис осени 1998 г., с одной стороны, оказал негативное воздействие на процесс их развития, поскольку привел к резкому сокращению клиентуры из числа иностранных инвесторов. С другой стороны, он способствовал укреплению положения на рынке инвестиционно-банковских услуг наиболее сильных отечественных инвестиционных компаний, поскольку с него ушли или существенно сократили свое присутствие многие иностранные конкуренты.

Такие компании, как «Тройка Диалог», «Атон», «Никойл», «Олма», «Горизонт» и ряд других, имеют все возможности для дальнейшего наращивания своего потенциала.
Во-вторых, не менее интенсивно формировалась сеть частных институтов инфраструктуры фондового рынка. Для прямых иностранных инвесторов вопросы регистрации и сохранности прав собственности являются одними из самых важных, хотя и не в такой степени, как, например, для портфельных фондов. С этой точки зрения появление надежных российских депозитариев, оказывающих услуги по регистрации прав собственности и клирингу, способствует растущему комфорту прямых инвесторов. Кризис 1998 г. также способствовал консолидации в этом секторе и укреплению положения крупнейших депозитарно-клиринговых институтов.

В-третьих, аналогичные процессы происходят на рынке аудиторских и юридических услуг. Любые прямые капитальные трансакции требуют исключительно тщательной финансово-экономической экспертизы, аудита и юридической проработки. Безусловно, прямые иностранные инвесторы отдают приоритет зарубежным консалтинговым и юридическим фирмам, которые лучше знакомы со стандартами финансового формата и международного законодательства79. Тем не менее сформировалась и группа российских лидеров, которые все более укрепляют свое положение на рынке в силу приемлемой стоимости услуг при достаточно высоком их качестве. Так, на рынке аудита общепризнанное лидирующее положение среди российских компаний занимают «Юникон», ФБК, «Внешаудит» и др. Зачастую деятельность зарубежных консалтинговых и юридических фирм требует участия частных российских компаний в качестве партнеров или субподрядчиков.
В-четвертых, развивается и частная инфраструктура сервиса, необходимая для нормального функционирования предприятий с иностранными инвестициями. Речь идет об индустрии питания, гостиничного и бытового обслуживания, развлечения и отдыха. Данный фактор является немаловажным компонентом при принятии инвестиционных решений прямыми иностранными инвесторами. Можно смело утверждать, что наряду с емкостью рынка и наличием необходимых производственных ресурсов развитость инфраструктуры сервиса обусловила лидерство ряда субъектов Федерации в привлечении масштабных прямых иностранных инвестиций. Отсутствие в региональном центре хотя бы одного отеля, управляемого по международным стандартам и предоставляющего сервис по крайней мере на уровне ***, зачастую препятствует приходу в регион серьезных иностранных компаний.

В то же время необходимо подчеркнуть, что развитие частной инфраструктуры для привлечения прямых иностранных инвестиций не в состоянии само по себе существенно повлиять на приток инвестиций в массовом масштабе. Говоря об участии частного национального капитала в этом процессе, важно помнить о том, что прямые иностранные инвестиции в значительном ряде случаев — улица с двусторонним движением. Нельзя представлять ситуацию таким образом, что прямые иностранные инвестиции будут постоянно осуществляться в соответствии с так называемым принципом greenfield investment, когда инвестор готов создавать предприятие с нуля.

К сожалению, подобное заблуждение встречается у большого числа представителей властей на самых различных уровнях. Так, большинство проектов, предлагаемых региональными властями иностранным инвесторам через традиционные конференции, атласы, каталоги проектов, представляют как раз стартовые проекты, когда инвестиции осуществляются в лучшем случае в бездействующие активы.

В то же время многие прямые иностранные инвесторы (даже стратегические инвесторы, не говоря уже о фондах прямых инвестиций или венчурных фондах) не готовы осуществлять вложения с нуля, поскольку при известных выгодах риски инвестора существенно возрастают. Инвестиции в действующие предприятия в этом плане намного более привлекательны. В условиях, когда процесс массовой приватизации практически завершен, инвестиции в существующие активы возможны только на обоюдовыгодной основе. Это предполагает также интерес со стороны частных российских владельцев данных активов к привлечению иностранных партнеров.
Иными словами, полномасштабный приход иностранного капитала в российский реальный сектор состоится лишь в том случае, если частный российский капитал, функционирующий в этом секторе, предъявит существенный спрос на иностранные инвестиции. Таким образом, требуется ответить на вопрос: выгодно ли (и при каких условиях будет выгодно) частному российскому индустриальному и посредническому капиталу способствовать притоку прямых иностранных инвестиций?
Факторы формирования спроса на прямой иностранный капитал
Можно выделить следующие факторы, способствующие росту спроса частного сектора российской экономики на прямые иностранные инвестиции.
Дефицит внутренних инвестиций. Одним из наиболее тяжелых последствий длительного экономического кризиса является существенное снижение инвестиционной активности в стране.

Масштабное падение объемов производства, резкие структурные дисбалансы, обесценение амортизационного капитала привели к существенному снижению объемов инвестиционных ресурсов, а также потере ориентации и стимулов к инвестированию. Хронически дефицитный бюджет и периодически воспроизводящиеся острые кризисы банковской системы, масштабный вывоз отечественного капитала способствовали формированию устойчиво острого дефицита внутренних инвестиций. В этих условиях возникающий спрос на инвестиции, по существу, в значительной степени означает спрос на иностранный капитал.

Потребительский спрос. Либерализация экономического режима практически во всех странах с развивающимися рынками привела к существенному изменению потребительской корзины в результате появления импортных потребительских товаров высокого качества. Формирование устойчивого спроса на потребительском рынке на импортные товары при сохранении высоких таможенных и иных барьеров на пути импорта приводит к опосредованному формированию спроса на прямой иностранный капитал. При достижении устойчивых и значительных масштабов это приводит к принятию решений со стороны глобальных международных производителей об осуществлении в стране прямых инвестиций. Экономические кризисы, подобные российскому, во многом способствуют притоку такого капитала с целью сохранения позиций на национальном рынке.
Рост спроса на сырье и комплектующие. Приход на национальный рынок многонациональных корпораций через систему межотраслевых и внутриотраслевых связей способствует повышению спроса на местное сырье и комплектующие со стороны предприятий с полным или частичным участием иностранного капитала. Последние могут до какой-то поры ориентироваться на импортные поставки сырья и материалов. Однако таможенные и иные нетаможенные или неторговые барьеры, а также неустойчивость режима национальной валюты в конечном счете вынуждают иностранных производителей переключаться на местные поставки. Кроме того, более высокие производственные стандарты, достигаемые на предприятиях с иностранным участием, начинают распространяться и на продукцию обеспечивающих предприятий. Таким образом, повышение спроса на продукцию поставщиков и обеспечение ее качества приводит к возрастающему спросу на иностранные инвестиции со стороны последних.

Доступ к новым технологиям. Прямые иностранные инвестиции не только являются источником финансирования развития российских предприятий, но и обеспечивают приток новых технологий и оборудования. Растущие потребительские стандарты, а также повышенные стандарты производителей конечного продукта, обостряющаяся конкуренция на рынке обеспечивают спрос на технологии и оборудование нового поколения. В то же время больше всего от кризиса пострадало отечественное машиностроение, которое данный спрос удовлетворить в целом ряде случаев просто не в состоянии. Приход на отечественное предприятие прямого иностранного инвестора практически всегда подразумевает обновление технического потенциала за счет появления современного импортного оборудования и технологий.

Повышение конкурентоспособности. Существенным фактором, обусловливающим спрос на прямые иностранные инвестиции, является растущая конкурентность отечественного рынка. В условиях острой конкурентной борьбы привлечение иностранного партнера привносит в бизнес российской компании совершенно иного уровня культуру и профессионализм маркетинга, или, иными словами, умение профессионально продвигать товары на рынок. Это может стать решающим условием в борьбе за рыночные позиции.
Тот факт, что действие перечисленных факторов не привело к масштабному приходу в Россию прямого иностранного капитала, обусловлен наличием целого ряда существенных барьеров на пути этого спроса. Без устранения этих барьеров частный российский капитал не сможет полноценно содействовать усилиям государственных властей по привлечению прямых иностранных инвестиций в силу недостаточной заинтересованности.

Факторы, препятствующие формированию спроса на прямые иностранные инвестиции
Цена капитала. Процесс осуществления прямых иностранных инвестиций представляет собой проведение сделок на рынке капитала, где владелец инвестиционных ресурсов встречается с владельцем активов, способных генерировать прибыль. Повышение интереса к активам, обусловленное расширением возможностей извлечения прибыли, приводит к росту оценки (цены) активов в глазах инвестора или к снижению оценки единицы инвестиционных ресурсов (цены капитала) в глазах предпринимателя (собственника активов). Верно и обратное: снижение интереса к активам ведет к повышению цены капитала.

Перед кризисом 1998 г. цена российских активов стремительно росла, а цена капитала падала в силу динамичного роста его предложения. В отношении прямых иностранных инвестиций это выражалось в значительном интересе к российским предприятиям как со стороны стратегических инвесторов, так и со стороны долгосрочных финансовых инвесторов82. После кризиса маятник качнулся в обратную сторону. Снижение цены российских активов в связи с резко возросшими оценками рисков при инвестировании в Россию привело к значительному удорожанию капитала.

По сути это означает, что процесс масштабного осуществления иностранных инвестиций в действующие частные предприятия может возобновиться только в случае готовности владельцев российских активов согласиться с их исключительно низкой оценкой. В большинстве случаев, однако, этого не происходит. Российский частный капитал по разного рода причинам, в том числе и психологическим, не в состоянии смириться с многократным снижением ценности своих активов. Налицо существенные расхождения в оценках83. Таким образом, в настоящее время высокая цена капитала является одним из самых существенных препятствий на пути притока иностранных инвестиций на частные российские предприятия.
Ориентация на государственную поддержку. Государственная поддержка может сыграть двоякую роль в деле обеспечения интересов частного национального капитала. С одной стороны, переход от режима государственной экономики к системе с преобладанием частных экономических интересов, безусловно, требует участия государства в отстаивании интересов зарождающегося национального бизнеса. С другой стороны, если это отстаивание принимает форму постоянного воспроизводства тепличных условий, создания системы преференций, такие меры серьезно искажают стимулы частного капитала к повышению эффективности функционирования.

Сохраняющиеся государственные инвестиции, прямые и косвенные дотации или субсидии воспроизводят ситуацию, когда частный российский капитал больше стремится к получению льгот, нежели к ориентации на привлечение внешних инвестиций через признание адекватной состоянию рынка стоимости активов. Существует целый ряд примеров, когда ожидания государственных инвестиций со стороны частных российских предприятий привели к параличу инвестиционной активности: бюджетная поддержка так и не последовала, в то время как предложения об осуществлении прямых инвестиций со стороны иностранных инвесторов были отвергнуты. В итоге конкурентное положение данных предприятий существенно ухудшилось.

Система корпоративного управления. Разница между формирующейся в последнее время системой корпоративного управления в России и зрелой, развивавшейся десятилетиями аналогичной системой (corporate governance) в индустриальных экономиках является наиболее существенным фактором, препятствующим формированию масштабного спроса на прямые иностранные инвестиции со стороны частного российского капитала.
Основным результатом инсайдерской приватизации в России стало соединение в одном лице функций менеджера и собственника предприятий. При этом даже обладание далеким от контрольного пакетом акций в значительном ряде случаев дает высшему менеджменту предприятия возможность полностью контролировать производственную, финансовую и сбытовую политику. Естественно, этот контроль распространяется и на денежные потоки и прибыль как главные итоги функционирования бизнеса. Таким образом, даже публичное по формальному юридическому статусу российское предприятие зачастую представляет собой абсолютно частную компанию. В итоге целевая функция ее высшего менеджмента — максимизировать не стоимость компании в интересах всех акционеров, а стоимость компании в интересах одного акционера (или узкой группы акционеров). По существу, одним из основных элементов этой конструкции становится «инсайдерская» премия, которая составляет разницу между стоимостью всей компании и той ее части, которая пропорциональна принадлежащей менеджеру-собственнику доли в компании.

На практике это трансформируется в проведение целенаправленной управленческой политики, отвечающей интересам собственника-менеджера, создание системы реализации продукции через посреднические фирмы, находящиеся в его владении и под его контролем. Предприятие выстраивает систему контрактации, схемы банковского обслуживания и бартерного оборота таким образом, чтобы организация финансовых потоков проводилась с максимальной выгодой для «заинтересованных лиц». Следует отметить, что далеко не всегда такая политика означает примитивное «доение» предприятия, когда целевая функция собственника-менеджера выглядит как максимизация ценности своих персональных активов за счет аккумуляции и частного присвоения денежных потоков, генерируемых активами компании. Современные российские собственники-менеджеры, например, могут выстраивать современную систему эффективного маркетинга и дистрибьюции продукции компании. Однако подчинена такая система будет всецело их интересам, которые в большинстве случаев могут существенно отличаться от интересов компании.

В западной системе корпоративного управления такие ситуации тоже случаются. Однако, как правило, конкурентная среда эффективно «отслеживает» случаи максимизации стоимости компаний в интересах узкой группы «инсайдеров» и ставит действенные барьеры на пути таких предпринимателей. В таких случаях наиболее чувствительным индикатором доминирования «инсайдеров» или их неэффективной политики является курс акций. Его снижение всегда приводит к росту потенциала поглощения, снижению возможностей рефинансирования за счет внешних источников, а также усилению контроля со стороны большинства акционеров. В итоге либо контрольный пакет акций компании рано или поздно переходит в руки новых владельцев. Либо ее активы переходят в руки новой команды менеджеров, призванных использовать их эффективно в интересах всех акционеров, а также заинтересованных через систему бонификации в обеспечении повышательного тренда курса акций. Иногда эти процессы происходят одновременно.

В российских условиях отсутствие контроля со стороны фондового рынка, а также системы эффективной защиты миноритарных акционеров позволяет менеджерам-собственникам в большинстве случаев проводить вышеуказанную политику. Кроме того, существенным резервом «долгожительства» недостаточно эффективно управляемых предприятий является возможность привлечения так называемых некоммерческих кредитов. Поскольку приемлемый по цене коммерческий кредит в настоящее время доступен лишь узкому ряду действительно эффективных или занимающих эксклюзивные ниши экспортных предприятий, остальные часто идут по пути кредитования со стороны государства, поставщиков, собственных работников. Растет задолженность по уплате налогов, счетов за газ и электроэнергию, оплате поставок сырья и комплектующих, задерживается заработная плата. В любой эффективной рыночной системе такая ситуация может продлиться лишь короткое время. При отсутствии действенного механизма банкротства состояние недееспособности может длиться годами. Лишь в редком ряде случаев, когда активы предприятий привлекают эффективных собственников, происходит передел собственности, облекаемый в форму банкротства.

Один из самых существенных недостатков проанализированной выше модели корпоративного управления состоит в том, что отечественные менеджеры-собственники в большинстве случаев не заинтересованы в привлечении внешних инвестиций в капитал предприятия. Появление нового крупного собственника (что всегда происходит, если предприятие привлекает прямые инвестиции) кардинально нарушает конструкцию модели. Проводить политику максимизации стоимости компании в интересах одного акционера становится невозможно. Тем более это происходит, если речь идет о привлечении иностранных инвестиций. Для иностранного партнера проведение политики максимизации стоимости компании в интересах одного или двух акционеров в принципе неприемлемо. Таким образом, парадокс состоит в том, что привлечение внешних инвестиций, максимально отвечающее интересам самого предприятия и ведущее к существенному росту его стоимости, ведет одновременно к снижению стоимости компании в системе координат собственника-менеджера. По существу, упомянутая «премия» инсайдера исчезает. Последний выигрывает как рядовой собственник. Проблема, однако, состоит в том, что в рамках старой модели менеджер не был рядовым собственником.

Характер системы платежей. Одним из проявлений российской модели корпоративного управления является высокая степень распространения бартера и неплатежей. По сути, сложилась система взаимоотношений экономических контрагентов, устойчивость которой вызвана тем, что вся практика «неденежной» дистрибьюции продукции позволяет процветать целому классу посредников, профессионально реализующих различные схемы «суррогатных» продаж. Самое важное состоит, однако, в том, что интересы профессиональных посредников весьма тесно переплетены с интересами менеджеров-собственников. Можно с достаточной степенью уверенности утверждать, что бартер и неплатежи являются конкретным инструментом извлечения и максимизации упомянутой выше «инсайдерской» премии.

Иностранных инвесторов чрезвычайно настораживает степень распространения этих явлений. То, что для российского менеджера стало неотъемлемой частью его делового инструментария, неприемлемо для его иностранного коллеги.

При наличии инвестиционных продуктов высокого качества и точной идентификации адресата организация привлечения иностранных инвесторов к осуществлению этих проектов в российском контексте должна базироваться на трех ключевых предпосылках:
• установление контактов с потенциальными инвесторами;
• высокий уровень обслуживания инвестора на этапе рассмотрения инвестиционных предложений и осуществления инвестиций;
• наличие эффективной и авторитетной организации, отвечающей за установление контактов и обслуживание инвесторов.
Как отмечалось ранее, функции установления контактов и обслуживания иностранных инвесторов должны быть возложены на предлагаемое Агентство по иностранным инвестициям при Министерстве экономического развития и торговли РФ.

Установление контактов. Отсутствие должного профессионализма при промоутинге ПИИ — одно из самых узких мест в организации контактов с инвесторами и, как следствие, в обеспечении притока ПИИ. Чтобы избежать этого, необходимо либо иметь в штате (можно и за штатом, но на контракте) промоутинговой организации профессионалов в области продаж инвестиционных продуктов в области ПИИ либо действовать через профессионального контрагента. Во многих случаях целесообразно использовать одновременно оба подхода.

Следует отметить, что установление контактов с инвесторами — деликатный бизнес, поскольку довольно часто все это базируется на прочных и доверительных личных отношениях. Кроме того, установление контактов невозможно без профессионального понимания стратегии и приоритетов инвестора. Поэтому зачастую профессиональный специалист в области установления контактов обладает всеми качествами искусного «продавца» инвестиционных возможностей и весьма часто может эффективно осуществлять селекцию кандидатов в инвесторы, имея заданные критерии. Иными словами, такого рода посредник весьма необходим для эффективного установления контакта и формирования отношений для последующего продвижения инвестиционных возможностей «по проложенной лыжне». Как правило, такие посредники имеют национальную принадлежность того рынка, на котором непосредственно осуществляется предложение инвестору инвестиционного проекта.

Организация, осуществляющая поиск потенциальных иностранных инвесторов, должна иметь сеть подобных организаций-посредников для работы на разных географических сегментах рынка ПИИ, а также содержать в штате (за штатом) частных консультантов — профессиональных «продавцов» инвестиционных продуктов в области ПИИ. Безусловно, услуги организаций — посредников между инвесторами и реципиентами стоят достаточно дорого. В то же время услуги профессиональных инвестиционных банков или респектабельных консалтинговых компаний на порядок более дороги. Велики также и издержки иного традиционного пути — отказа от услуг посредников и профессиональных консультантов по продажам. В данном случае при существенных затратах на подготовку инвестиционных продуктов и селекцию потенциальных инвесторов результаты могут оказаться весьма низкими.
Обслуживание инвесторов. Речь идет об административном сервисе, который в российском контексте приобретает исключительно большое значение. В настоящее время единицы российских организаций, уполномоченных обеспечивать отношения с иностранными инвесторами, используют подход к обслуживанию инвесторов в соответствии с принципом «одного окна», предусматривающим предоставление им комплексных услуг по обеспечению подготовки к принятию и последующей реализации инвестиционного решения. Выполнение данной функции должно взять на себя предлагаемое к созданию Агентство по иностранным инвестициям при Министерстве экономического развития и торговли РФ.

Степень административно-бюрократической нагрузки на инвестора в российских условиях настолько высока, что во многих случаях может сыграть решающую роль в отказе потенциальных инвесторов от принятия уже подготовленного инвестиционного решения и даже в отказе от реализации уже принятого решения. В настоящих условиях все затраты на преодоление многочисленных административных барьеров ведут к повышению совокупных трансакционных издержек инвестора. Соответственно, риски непреодоления таких барьеров входят в число традиционных «российских» инвестиционных рисков, что ведет к существенному удорожанию зарубежных инвестиционных ресурсов.

В случае оказания инвестору услуг по принципу «одного окна» масштабы таких издержек и рисков значительно снижаются. По сути, этот подход аналогичен традициям банков, имеющих систему обслуживания солидных клиентов путем закрепления за ними персональных менеджеров. Однако в случае с организацией обслуживания инвесторов этот подход еще более актуален. Если в банке речь идет о внутрибанковских огласованиях, то в последнем случае речь идет главным образом о многочисленных межведомственных согласованиях, которые намного более трудоемки (особенно если инвестор привык оперировать в более привычной и транспарентной среде).

Организация эффективного взаимодействия с иностранными инвесторами является одной из необходимых организационных предпосылок привлечения ПИИ в национальную экономику. В мировой практике широкое распространение получило создание специализированных агентств, ответственных за выполнение всего комплекса функций взаимодействия с инвесторами.

В России нет такого агентства, но ряд существующих организаций выполняют функции налаживания контактов с инвесторами. За годы реформ накоплен существенный опыт в организации контактов с прямыми иностранными инвесторами. Сложилась многоуровневая система контактов, в рамках которой с российской стороны активную роль играют федеральное правительство, власти регионов, научные, общественные и некоммерческие организации, а также частный капитал в лице финансовых, инвестиционных институтов и консалтинговых компаний Несмотря на целый ряд практических достижений, ни одна из организаций, вовлеченных в процесс управления деятельностью ПИИ в России, в силу разных причин не выполняет в достаточном объеме всех ключевых функций, необходимых для организации эффективной системы контактов с инвесторами. По существу, отсутствует системный подход к селекции потенциальных инвесторов. Вниманию инвестора зачастую предлагается инвестиционный «продукт» весьма низкого качества, а иногда и просто неприемлемого формата.
Следует также остановиться на таких формах контактов с инвесторами; как инвестиционные конференции и презентации, а также новые инструменты, включая распространение информации через Интернет.

В последние годы контакты с инвесторами через организацию инвестиционных конференций приобрели постоянный характер. Такие организации, как Sachs Associates (в ассоциации с Bloomberg), Dow Jones Telerate, The Adam Smith Institute, Euroforum, в течение уже целого ряда лет проводят как обзорные, так и узкого профиля (отраслевые и региональные) конференции и семинары по проблематике российского инвестиционного климата и возможностей. Следует отметить, что многие российские научные, общественные институты, а также деловые издания плодотворно перенимают опыт зарубежных профессионалов. В качестве примера можно привести организованную в ноябре 1999 г. по инициативе делового журнала «Эксперт» и его партнеров конференцию «Зарубежные компании в России. Перспективы и перемены». Хотя статус таких конференций традиционно считается выше крупных мероприятий форумного типа, последние также играют существенную роль в расширении базы контактов.
Конференции представляют собой прекрасную платформу для профессионального общения и обмена мнениями непосредственно инвесторов, инвестиционных консультантов, российских предприятий как потенциальных реципиентов инвестиций. Важно подчеркнуть, что уже сформировались устойчивые и позитивные традиции взаимодействия профессиональных организаторов таких мероприятий и представителей правительства высокого ранга. Так, например, на ежегодно проводящемся Всемирном экономическом форуме (Давос) Россия постоянно участвует в лице председателя правительства, возглавляющего представительную делегацию из числа других руководителей правительства и Центрального банка, высших менеджеров финансовых институтов и крупнейших предприятий. Такая практика, безусловно, имеет важное значение, поскольку повышает интерес потенциальных инвесторов к участию в таких мероприя�